А.Ф. Кириков - первый советский архивист Карелии

(по документам Национального архива Республики Карелия)

В документах Национального архива Республики Карелия в докладе Управления Центрархива КАССР за 1927 г. можно прочитать такие строки: «Карельская АССР к архивному строительству приступила со значительным опозданием, в то время, как в большинстве губерний, областей и автономных республик архивные Бюро и Управления появились со времени издания Советским правительством первого декрета об архивах», то есть декрета СНК от 1 июня 1918 года «О реорганизации и централизации архивного дела в РСФСР».

Путеводитель Национального архива Республики Карелия немного приоткрывает завесу над тем, что происходило в те далекие годы: «В соответствии с декретом уже в июне 1918 г. в составе Олонецкого губернского отдела народного образования был учрежден подотдел архивов и тем самым положено начало большой работе по учету и концентрации архивных материалов. Несмотря на весьма трудные условия, сложившиеся в Карелии в период иностранной военной интервенции и гражданской войны, местными органами в 1918-1922 гг. было собрано около 15 тысяч пудов документальных материалов».

Данные тезисы и высказывания, которые вошли в практику освещения развития архивного дела в Карелии, требуют некоторых уточнений, дабы восстановить историческую действительность и вернуть из забвения имена тех, кто начинал архивное строительство в те далекие годы.

Разработка декрета об архивах началась с середины апреля 1918 года. Основная работа была проведена в мае. Было много споров по различным вопросам дальнейшего архивного строительства в новой советской республике. Но главные принципы, которые легли в основу проекта декрета, были неизменны. Речь шла о ликвидации ведомственной системы архивного дела, создании Единого государственного архивного фонда и централизованной системе управления архивными учреждениями. В вопросе о месте главного управления архивным делом в системе государственных учреждений мнения склонялись к тому, чтобы подчинить Главное управление архивным делом Наркомпросу, так как будет легче решать научные задачи архивов. Многие считали, что такая постановка вопроса – реализация идей Калачова в 1870-х гг. и Самоквасова в 1890-х гг.

И тут нужно отметить, что в Карелии сложилась довольно интересная ситуация. События, которые происходили в нашем крае в отношении архивного дела, оказались во многом созвучными идеям и желаниям тех, кто мог и решал в центре будущее архивов России.

Начало 1918 г. омрачилось для губернии рядом постановлений Олонецкого губисполкома, в которых речь шла об уничтожении архивов «не имеющих общественного или исторического значения». В данную категорию вошли архивы Управления земледелия и Переписной комиссии. Подобные действия местной администрации вызвали протесты со стороны общественности Петрозаводска, в том числе и действительного члена Петроградского археологического института А.Г. Чеснокова, который хорошо понимал «громадное значение хранящихся в этих архивах документов». В своих письмах в различные инстанции по поводу необходимости позаботиться о сбережении архивов упраздненных учреждений, он приводил слова С.Ф. Платонова, сказанные им на первом съезде представителей ученых архивный комиссий в 1914 г.: «Местные документы, как бы они не казались мелкими и ничтожными, составляют первостепенную научную важность в глазах историка». Его мнение разделял и комиссар просвещения губернии В.М. Парфенов, полагая недопустимыми подобного рода действия. С другой стороны, считал Парфенов, необходимо не только сохранить «старое», но и не потерять «новое».

В середине мая 1918 года он обратился в губернский исполком с просьбой разрешить найти человека, способного разобрать архивы, находящиеся в Петрозаводске, с целью отобрать документы 1905-1917 гг. для обработки материала и подготовки к печати в «Известиях» в виде статей.

Губернский исполком уже 13 мая дал такое разрешение. Парфенов указал, что хотел бы видеть на этом месте А.Ф. Кирикова. Александр Федотович Кириков – сын крестьянина Пудожского уезда, родился в Петрозаводске в 1870 г., окончил Олонецкую мужскую гимназию, затем историко-филологический факультет Петербургского университета, после чего два года проработал в Петроградской конторе Государственного банка. В 1895 г. А.Ф. Кириков вернулся в Петрозаводск, где преподавал в Олонецкой мужской гимназии. В 1918 г. он работал там же, правда это уже была 1-я советская школа 2-ой ступени. Портрет будущего архивиста дополняет его «краткое жизнеописание», датируемое 1919 г., в котором Кириков посчитал нужным упомянуть некоторые факты своей биографии: «Детство и гимназические годы своей жизни я провел среди рабочих и тут научился считать их такими же людьми, как я сам, во всем мне равными в житейском отношении... Летний свой досуг проводил в деревне среди крестьян, изучал их быт и принимал участие во всех их полевых и домашних работах». Постановлением Олонецкого губернского Совета по народному образованию А.Ф. Кириков «назначается на работы по исследованию архивов с 1 июня».

Таким образом, еще до издания декрета о реорганизации и централизации архивного дела в новой советской республике нарком просвещения Олонецкой губернии обозначил необходимость собирания и изучения архивов и необходимость немедленных действий в этом направлении. Совпадение даты назначения Кирикова сотрудником отдела народного образования по «исследованию архивов» и издания декрета (а именно 1 июня 1918 года) является для истории архивного дела Карелии знаменательным. Сам текст декрета поступил в губернию позже. Однако, как оказалось – многие позиции, заявленные в декрете, были предвосхищены карельскими представителями Наркомпроса и, более того, еще до образования Главного Управления архивным делом и подведомственных ему областных управлений в Карелии уже началась архивная работа.

В том же июне 1918 г. при Наркомпросе был образован подотдел архивов во главе с А.Ф. Кириковым. В помощь ему в качестве переписчика был дан Фрозе Иван Артурович, которого в ноябре 1918 г. сменил Андрей Матвеевич Трусевич. Оба были присланы Биржей труда. Таким образом, работа по изучению и собиранию архивов г. Петрозаводска проводилась силами всего двух человек. Надо учитывать, что Кириков одновременно продолжал преподавать, а также являлся председателем школьного совета 1-ой советской школы 2-ой ступени. Его помощник, канцелярский служащий, заявленный как переписчик, на деле исполнял обязанности делопроизводителя, переписчика, казначея, рассыльного, занимался разборкой и описанием архивов.

Первоначально предполагалось, что в задачи подотдела войдет лишь изучение архивов учреждений Петрозаводска и выемка документов по истории революционного движения в Карелии. А.Ф. Кириков получил удостоверение, в котором указывалось, что он имеет право «производить из всех учреждений выемку архивных дел 1904-1908 гг.», а учреждениям соответственно предлагалось «оказывать А.Ф. Кирикову содействие в порученном ему деле». Однако вскоре круг мероприятий, проводимых подотделом, расширился. Так, в августе 1918 г. Кириков и Фрозе занимались разборкой архива бывшего директора народных училищ Олонецкой губернии и перевозкой его в здание Губоно, для чего был получен грузовой автомобиль.

Когда в сентябре 1918 г. Главное управление архивным делом обратило свое внимание на Олонецкую губернию, Парфенов сообщил, что при Наркомпросе уже существует такой подотдел и работы с архивами ведутся, а в дальнейшем будут вестись согласно распоряжениям Главархива и в соответствии с декретом. В этом же месяце публикуется воззвание Коллегии губернского отдела народного образования всем учреждениям срочно принять меры к сохранению своих архивов «от порчи, уничтожения или расхищения, ибо за неисполнение таковых распоряжений виновные будут привлечены к строжайшей ответственности, согласно декрету о реорганизации и централизации архивного дела от 1 июня 1918 г.».

В октябре 1918 г. Кириков буквально спасал валяющийся в хаотическом беспорядке в помещении Губернской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией архив Петрозаводского уездного по воинской повинности присутствия, получив разрешение перевезти его в одну из больших комнат бывшей квартиры председателя педагогического Совета Олонецкой мужской гимназии. И тогда же остро встал вопрос – куда же далее помещать спасаемые архивы Петрозаводска. Коллегия Губоно тем временем уже требовала начать работы по собиранию оставшихся архивов в уездах губернии и обеспечить охрану архивных фондов.

В декабре 1918 г. Кириков указывал, что с момента возникновения подотделу архивов пришлось «претерпеть ряд мытарств: то из-за недостатка помещения, то из-за недостатка средств, транспортной разрухи и даже отсутствия на рынке бечевок, необходимых для перевязки дел». К концу года были обследованы все архивы города. Общий вывод об их состоянии Кириков охарактеризовал одним словом – хаос. Тем не менее, к этому моменту кроме указанных выше двух фондов удалось наполовину разобрать «набросанный кучами в подвальном помещении нового собора огромный консисторский архив и архив дворянской опеки», а также разослать анкеты в уездные и волостные отделы народного образования для ознакомления с состоянием архивов на местах.

В том же декабре под помещение для собираемых архивов было выделено место на складе свечного завода, который на тот момент занимала типография № 2.

Планы работы подотдела архивов на 1919 г. были довольно оптимистичными. В конце января 1919 г. в докладе заведующего губернским отделом народного образования 5-му губернскому крестьянскому съезду говорилось о том, что подотдел архивов значительно расширит свою деятельность и будет проводить ее в губернском масштабе, а «совместно со вновь организованным подотделом охраны, учета и регистрации памятников старины, он сумеет не только сохранить, но и привести в надлежащий вид все памятники старины, которых имеется так много в губернии». Более того, 8 февраля 1919 г. Коллегия губернского отдела народного образования издала постановление, в котором намечалось послать «представителя архивов» в Петроград для «ходатайства об утверждении смет и получения соответствующих инструкций для ведения архивного дела в губернии», планировалось увеличить штат служащих подотдела архивов, «взять на учет и описать все архивы губернии». В постановлении говорилось также о срочной постройке в Петрозаводске центрального архива. Однако, этим планам не суждено было осуществиться. Работы подотдела в 1919 г. были прерваны. Связано это было с эвакуацией губернского отдела народного образования в Вытегру. А.Ф. Кириков сообщал, что «деятельность подотдела протекала при неблагоприятных условиях, …непрекращающаяся гражданская война, например, вызвавшая разруху транспорта и уменьшение количества рабочих рук, создающая тревожное настроение, мешающее налаживанию нормально работы, неожиданно нависшая над городом опасность вторжения белогвардейских масс, и необходимость, вследствие этого подготовки к эвакуации и связанное с ней расстройство служебного аппарата».

Подотдел архивов было решено не эвакуировать: «Деятельность этого подотдела тесно связана с г. Петрозаводском, где находятся все центральные архивы, разборка которых, систематизация и приведение в порядок производятся подотделом по задачам Центрального управления архивами. Эвакуировать архивы почти невозможно и не имеет особого смысла, посему подотдел будет продолжать свою работу до конца, сохраняя архивы и в случае занятия города белыми».

Оставшийся в Петрозаводске А.Ф. Кириков был назначен членом Коллегии Петрозаводского отделения Губоно, смотрителем здания, заведующим хозяйственной частью. К тому же был арестован его помощник А.М. Трусевич. Заведующий подотделом архивов характеризовал Трусевича, как «человека весьма знающего и опытного в архивном деле, энергичного работника». Лишившись единственного помощника и занимаясь хозяйственными проблемами Петрозаводского отделения Губоно (например, поиском дров для отопления здания), Кириков вынужденно занимался лишь канцелярской перепиской, выдачей справок. Однако он продолжал разбирать и архив Олонецкой духовной консистории. Осенью 1919 г. Кириков приступил также к разборке, описанию и систематизации архива бывшей губернской земской управы.

Далее А.Ф. Кирикова, а в его лице и первые ростки архивной службы в Карелии, и без того отягощенные войной, разрухой и голодом, ждали новые неприятные потрясения. В октябре 1919 г. Кириков находился в Петрограде. Вернувшись из служебной поездки, архивист обнаружил, что подотдел архивов более не существует, поскольку упразднен в связи с реорганизацией Олонецкого губернского отдела народного образования.

В феврале 1920 г. А.Ф. Кириков сообщил в Олонецкое Губоно, что в Коллегии по управлению Единым государственным архивным фондом ему было предложено занять место уполномоченного Главархива и стать заведующим Управлением Олонецким губернским архивным фондом с подчинением непосредственно Петроградскому управлению государственным архивным фондом и приложил к документу «Положение о губернских архивных фондах» от 31 марта 1919 г. Однако работе в новом качестве ему помешало все то же заведование хозяйственной частью Петрозаводского отделения Губоно, служащие которого обвинили А.Ф. Кирикова в халатности, так как они «мерзнут на службе». Зима и весна 1920 г. прошли для уполномоченного Главархива в утомительных объяснениях о том, как он добывал дрова, охранял их от похитителей, и почему он вынужден был нанять частных извозчиков, чтобы доставить эти дрова замерзающим служащим Губоно.

Весной 1920 г. А.Ф. Кириков частично занимался документами Олонецкой духовной консистории, поскольку проходило их разделение между созданным Олонецким отделом ЗАГС и Олонецким губернским архивным фондом. Часть документов находилась в подвальном помещении бывшего здания губернского правления, часть – под Кафедральным собором, а некоторые документы находились «под открытым небом» во дворе здания бывшей духовной консистории, где метрические книги лежали «в совершенно прелом виде».

Далее в работу Губернского уполномоченного вмешались события, которые не позволили ему в полной мере заняться архивами Олонецкой губернии. 8 июня 1920 г. вышло постановление Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета об образовании Карельской Трудовой Коммуны. «С июля 1920 по февраль 1921 гг. КТК переживала сложный этап организационного становления, отмеченный разногласиями между ревкомом КТК и губернскими властями, которые считали Карельскую автономию временным образованием, своего рода дипломатическим шагом Советской России в ходе Тартуских мирных переговоров с Финляндией». В фондах Национального архива Республики Карелия за этот период сохранилось отношение Главного управления архивным делом от 11 ноября 1920 г. в Карревком, в котором местным властям сообщалось, что в губернии образован губернский архивный фонд, и что в Олонецкой губернии существуют «богатейшие и порою единственные материалы для истории раскола в России, а равно и для ее военной истории (прифронтовая полоса)», и эти архивные материалы являются особенно ценными и должны быть сохранены. Главархив обращался к Карревкому с просьбой оказать «самое широкое содействие местному уполномоченному Главархива в приискании и закреплении за Олонецким архивохранилищем подходящего для него здания или нескольких зданий». Однако административное неустройство продолжалось. «Размещение в Петрозаводске органов управления как коммуны, так и губернии вызывало трения между ними, которые оказывали заметное влияние на ход событий в Карелии, поскольку два однородных, равных по статусу органа преследовали разные задачи». В этот период А.Ф. Кириков не значится ни в структурах КТК, ни в структурах Олонецкой губернии, которая существовала параллельно с КТК.

Упоминания о существовании каких-либо образований, занимающихся архивами на территории Карелии, встречаются в ряде документов, которые датируются 1922 г. Эти документы достаточно показательны, поскольку отражают отмеченное неприятие двумя административными структурами друг друга. Летом 1922 г. в Олонецкий губисполком поступает из Центрархива РСФСР письмо, в котором говориться о том, что Олонецкому губисполкому предлагается принять срочные меры «к понуждению уполномоченного местного отдела Центрархива составить и прислать годичный отчет за истекший 1921 г., так как двукратные обращения и напоминания со стороны Центрархива остаются невыполненными и ставят его в большое затруднение произвести общую сборку деятельности провинциальных отделений». Олонецкий губисполком в ответ на это письмо сообщил, что «уполномоченного Центрархива в Олонецкой губернии нет. Есть в Карельской Трудовой Коммуне».

В сентябре 1922 года Олонецкая губерния была упразднена. А в ноябре 1922 г. было образовано Карельское областное архивное бюро Центрархива РСФСР.

Бывшему уполномоченному Главархива не нашлось места в новых архивных образованиях. Будучи беспартийным, он не соответствовал новым веяниям времени.

Уже летом 1922 г. А.Ф. Кириков активно ищет работу, чтобы прокормить свою семью, будучи отцом пяти детей. В апреле 1922 г., памятуя свой двухгодичный опыт сотрудника Петроградской конторы Государственного банка, Александр Федотович устраивается на работу в Карторг в качестве калькулятора. В мае этого же года одновременно с работой в Карторге, он устраивается на работу в промышленно-экономический техникум в качестве преподавателя. С этого момента судьба первого советского архивиста расходится с историей карельских архивов…

Однако, думается, в истории архивного дела в Карелии имя Александра Федотовича Кирикова должно сохраниться навсегда. Первопроходцам, как известно, всегда было трудно, а начиная новое дело, до этого находящееся, по цитировавшимся выше словам А.Ф. Кирикова, в состоянии «хаоса» в условиях экономической разрухи, политической борьбы, гражданской войны – трудно вдвойне. Чтобы это новое дело сдвинуть с мертвой точки, нужны не только знания и опыт, но и энтузиазм, уверенность в своей правоте, важности, в том числе и в историческом смысле, своих усилий, преданность и любовь к порученной обществом миссии. Миссии не всегда благодарной, но всегда – благородной. Все эти качества у А.Ф. Кирикова, как мы полагаем, были, они и сегодня могут послужить образцом для современного поколения архивистов.

Главный специалист Национального архива РК

М.Е. Неёлова

 

Опубликовано в журнале "Отечественные архивы", 2011, №5.