Образцовые дороги

На протяжении долгих лет с середины XIX века до начала прошлого, одними из образцово устроенных дорог Олонецкой губернии считались дороги из Петрозаводска на Кивач и Марциальные Воды. Это объясняется тем, что эти достопримечательности были известны за пределами губернии и описывались в ряде путеводителей для туристов, их посещали известные люди, как представители знати, так и известные ученые и литераторы. Сухопутный путь был одним из самых популярных среди путешественников (другим распространенным путем к концу XIX в. стал водный — на пароходе до устья реки Суны, а потом — на лодках). От Петрозаводска он составлял около 60-70 верст, поездка до конечного пункта Кивача стоила довольно дорого - от 10 до 25 рублей, в зависимости от вида экипажа и количества лошадей (за тройку от 15 до 20 рублей, за пару от 10 до 15 рублей).

Экипаж с извозчиком желающие попасть на Кивач могли заказать прямо на пристани в Петрозаводске, куда обычно к прибытию парохода подъезжали извозчики, предлагавшие свои услуги по перевозке экскурсантов.

Заплатив прогоны - плату за проезд по почтовым дорогам, можно было воспользоваться и станциями правительственной, земской почты или мирскими станциями.

Мирская станция служила для разъездов волостного и сельского начальства, а также и других проезжающих должностных лиц, в случае, если на земской обывательской станции лошади окажутся заняты. Члены крестьянского общества отбывали повинность по содержанию станции либо натурой, либо сдавали станцию по найму.

Земская станция обслуживала интересы губернского или уездного земства. Как следует из правил содержания станции губернского земства, ее содержатель должен был иметь на станции положенное число лошадей, здоровых, крепких, объезженных, получающих полноценный корм.

Летом для проезда предоставлялись просторные тарантасы на 4 дрожках, зимой повозки с деревянными отводами и железными подрезами. 

Для езды на одноконной подводе использовались четырехколесные тележки либо двухколесный кабриолет, зимой — обыкновенные санки.

Ямщики должны были иметь возраст не моложе 17 и не старше 55 лет.

Содержателям станций и их служителям вменялось в обязанность обходится с проезжающими вежливо и удовлетворять их законные требования. Во время следования в пути с проезжающими ямщики должны были быть одеты в длинные черные, русского сукна кафтаны, зимой в теплые темно-синего цвета шапки, с круглой медной бляхой, с изображением на них герба Олонецкой губернии и надписью «Олонецкое земство», летом же в низкие поярковые шляпы с той же бляхой.

Во время пути с проезжающими ямщикам воспрещалось курить табак.

В темные ночи содержатель должен был встречать и провожать проезжающих с фонарями. У входа в дом станции должна была быть прибита доска с наименованием станции -  «такая-то Олонецкого губернского земства».

В доме, где помещается станция, имелась особая чистая, сухая и теплая комната, с двойными рамами, столом, тремя стульями, диваном из простого дерева и верными часами. 

Отпуск со станции лошадей производился по открытым листам губернской земской управы без предъявления которых содержатель не имел права отпускать лошадей. Исключение допускалось лишь для олонецкого, петербургского, новгородского, вологодского и архангельского губернаторов и чинов 4 и выше классов, командируемых по делам службы.

По открытым листам разрешалось проезжать чинам земства, полицейским служащим.

Там, где не было почтовой станции, станцией можно было пользоваться всем лицам за прогоны.

На проезд до Кивача и обратно затрачивалось в среднем, около 20 часов. Путь из Петрозаводска начинался по Петербургскому тракту. Дорога проходила через Сулажгору, в то время довольно крупную деревню, затем сворачивала на Петербургский тракт и шла к перевозу (парому) через реку Шуя, где производилась первая смена лошадей, а затем шла по Кончезерской дороге по перешейку между двух озер — Укшезеро и Кончезеро.

Второй станцией была деревня Косалма. Интересен случай, произошедший на этой станции во время визита генерала, камер-юнкера Столыпина с семьей на Кивач (возможно, речь идет об отце П.А. Столыпина Аркадии Дмитриевиче, Столыпины приходились родственниками олонецкому губернатору Михаилу Михайловичу Веселкину). 

Как следует из докладной записки пристава 1 стана Петрозаводского уезда, он получил 6 июля 1892 года приказание от имени олонецкого губернатора о заготовке по четверке лошадей на всех земских станциях до Кивача с тем, чтобы лошади те были преимущественно станционными, как более смирные и выезженные, а не крестьянские, для проезда Столыпина с его семейством, и в тот же день об этом распоряжении дал знать по всем станциям, а всем десятским послал приказ о заготовке на следующий день проезда, по тройке лошадей крестьянских, при земских станциях, чтобы не было бы задержки в случае их проезда.

На следующий день пристав лично отправился до селения Косалмы, где заметил нежелание местного десятского исполнять возложенные на него служебные обязанности. Несмотря на порученный им приказ о заготовке лошадей, он в тот же самый день отлучился в Петрозаводск. В момент самого проезда Столыпина на станцию Косалма явился крестьянин, назвавшийся братом десятского и заявил, что лошадей крестьяне Косалмы не дадут. Когда же стали выпрягать станционных лошадей в коляску, неожиданно явился «фиктивный десятский» с четверкой крестьянских лошадей и закричав, что «не позволит запрягать станционных лошадей в коляску», оттолкнул содержателя станции и его работника, отпряг станционных лошадей и стал запрягать приведенных лошадей, объясняя свои действия желанием получить от Столыпина причитающиеся прогоны, «дабы этим заработать на кусок хлеба при теперешней дороговизне хлеба». Присутствующие при этом Столыпин и Михаил Михайлович Веселкин обратились к приставу с просьбой удалить навязчивого крестьянина, а также и двух других к нему подоспевших с тем же требованием, что он и исполнил при содействии работника содержателя станции. Только тогда брат содержателя станции заложил свою тройку и четвертую подведенную крестьянскую лошадь.

Третья станция находилась в Кончезере. Грунтовая дорога на Марциальные Воды начиналась перед Кончезером и имела протяжение 8 верст. Часто проезжающие на Кивач, посещали по пути и минеральный источник.

В деревне Вороновой туристы могли пересесть на лодки и плыть почти до самого водопада либо следовали далее до деревни Викшицы на Пертозере, прямо к водопаду. Через реку Суну был устроен деревянный мост.

Дорога была обустроена в 1858 году для посещения Кивача императором Александром II и впоследствии регулярно ремонтировалась, в том числе на средства олонецкого губернского земства.

Показателен факт того, что дорога была одной из первых в Олонецкой губернии, по которой прошел автомобиль. 11 июня 1911 г. в «Олонецких губернских ведомостях» появилась заметка о приезде в Петрозаводск на собственном автомобиле полковника Муяки - члена петербургского автомобильного общества. Он в сопровождении 6 спутников проделал на автомобиле путешествие из Петербурга в Петрозаводск и оттуда отправился на автомобиле на водопад Кивач (до этого севернее Петрозаводска в Олонецкой губернии автомобиль можно было встретить только на дорогах Повенецкого уезда — он принадлежал купцу Захарьеву).

Дальнейшая автомобилизация страны вызвала к жизни и такие печальные происшествия, как аварии. Одно из первых таких серьезных происшествий в Карелии было связано с дорогой на Кивач. В 1926 году на ней произошло столкновение автомобиля с экскурсантами, едущими на Кивач, с телегой жителя села Спасская Губа, отчего последний погиб.

Маршрут на Кивач стал и одним из первых пригородных автобусных маршрутов. 13 мая 1928 года автобус Карельского управления местного транспорта совершил пробный рейс по линии Петрозаводск - Кивач. В этом же году было организовано и регулярное движение.

Хотя старый путь на Кивач уже не используется, уступив место новой дороге, в Карелии появилось много новых дорог, по которым путешествует множество людей со всего мира, знакомясь с достопримечательностями нашего края.

 

Главный специалист Национального архива РК

А.С. Соколов

 

Опубликовано в газете "Машиностроитель Карелии", 26 июня 2012 г.