Господин товарищ Моберг

Имя шведского инженера Эдуарда Моберга, трудившегося в Карелии в 1920-1930-е гг. осталось в памяти жителей нашей республики во многом благодаря тому, что в п. Калевала сохранилось здание, получившее название «Дом Моберга». Об истории возведения этого здания, в котором находился Ухтинский уездный исполком, и роли в этом строительстве инженера Моберга уже рассказывалось на страницах газеты «Новости Калевалы». Но что еще известно об этом человеке? Документы Национального архива Республики Карелия позволяют нам узнать о том, кем был Эдуард Моберг, и какой след он оставил в истории Калевальского края.

В 1920-е гг. ввиду острой нехватки квалифицированных работников руководство республики во главе с Эдвардом Гюллингом активно привлекало в Карелию иностранных специалистов. В их числе оказался Э. Моберг, приехавший в Петрозаводск в январе 1923 г. К этому времени он уже имел солидный опыт работы на различных предприятиях Швеции, Финляндии, Норвегии, России и Германии.

1

Здание Ухтинского уездного исполкома. 8 июня 1933 г. Автор съемки — И. Белов.

Эдуард Маркомович (или Матвеевич - в Карелии его отчество обозначали в двух вариантах) родился в шведском городе Мальме 3.02.1881 г. в семье директора паровых мельниц. Позднее в анкете Моберг также указывал, что у него есть родной и двоюродные братья, проживающие в Швеции, Голландии и США. По завершении обучения в политехникуме в 1902 г. Эдуард Маркомович проработал полгода электромонтером в компании «АЕГ», затем был переведен на должность электроинженера, на которой и трудился все последующие годы. Однако подолгу на одном месте службы он не задерживался. До своего переезда в Советскую Россию Эдуард Моберг сменил не менее 10 предприятий в разных странах: работал в немецкой компании «Сименс», в компании «АСЕА» (в т.ч. в ее русском отделении в Петрограде с 1915 по 1919 гг.), на монтажных и проектных работах в Финляндии, бывал по делам службы в Эстонии, Голландии, Дании. Последним местом работы стало Шведское телеграфное управление, где Моберг трудился в 1922 г. около года, после чего в его карьере наступила небольшая пауза.

Возможно, отсутствие подходящей работы подтолкнуло инженера к решению переехать в советскую Карелию, где была обещана интересная работа и неплохой заработок. По крайней мере, мотивы идейного характера здесь вряд ли имели место: Моберг никогда не принадлежал ни к каким партиям, и в последующем, во время его работы в Карелии неоднократно отмечалось, что он не занимается общественной и политической деятельностью. Интересно, что даже адресатов своих писем Моберг приветствовал исключительно по фамилии, без привычного для того времени обращения «товарищ». Конечно, когда документы были адресованы самому Эдуарду Маркомовичу, его именовали «товарищ Моберг».

Проработав год в Петрозаводске в должности инженера-электрика Карсовнархоза, Моберг переехал в Ухту. В то время уездные власти во главе с Вернером Форстеном активно приступили к мероприятиям, которые позволили бы осуществить здесь экономический прорыв. Остро стояла задача создания центра местной промышленности и сети дорог, электрификации населенных пунктов. Все это было бы невозможно без квалифицированных инженерных кадров, таких, как Эдуард Моберг.

Моберг приступил к работе инженера (электроинженера) коммунального подотдела уездного исполкома с 6.01.1924 г. по индивидуальному договору. Ему была установлена приличная по тем временам зарплата в 200 рублей в месяц - такой суммы в исполкоме не получал никто (для сравнения, начальник отдела, которому подчинялся Моберг, зарабатывал около 100 рублей).

 log

Фрагмент письма Э. Моберга на шведском языке. 2.07.1931 г.

В марте 1924 г. вышел приказ по общему отделу уездного исполкома, согласно которому инженеру Мобергу поручалось строительство электростанции и мастерских. В сентябре этого же года в домах жителей Ухты засияла «лампочка Ильича». Как писал позднее Вернер Форстен, «электричество первый раз осветило глушь северной Карелии». Электростанция, спроектированная Эдуардом Мобергом и построенная под его руководством, была паровой. Ток вырабатывал локомобиль, его с трудом хватало на освещение домов и появившихся немного позже мастерских. Однако именно эта временная электростанция впервые дала возможность построить ряд небольших предприятий местной промышленности.  В июне 1925 г. Ухтинский уездный съезд советов одобрил проект инженера Моберга по дальнейшей электрификации Ухтинской, Вокнаволокской, Юшкозерской волостей, к реализации которого приступили позже.

 В марте 1924 г. вышел приказ по общему отделу уездного исполкома, согласно которому инженеру Мобергу поручалось строительство электростанции и мастерских. В сентябре этого же года в домах жителей Ухты засияла «лампочка Ильича». Как писал позднее Вернер Форстен, «электричество первый раз осветило глушь северной Карелии». Электростанция, спроектированная Эдуардом Мобергом и построенная под его руководством, была паровой. Ток вырабатывал локомобиль, его с трудом хватало на освещение домов и появившихся немного позже мастерских. Однако именно эта временная электростанция впервые дала возможность построить ряд небольших предприятий местной промышленности.  В июне 1925 г. Ухтинский уездный съезд советов одобрил проект инженера Моберга по дальнейшей электрификации Ухтинской, Вокнаволокской, Юшкозерской волостей, к реализации которого приступили позже.

Сразу после открытия электростанции Моберг начал детальную разработку проектов строительства других объектов. В ноябре 1924 г. он подготовил несколько смет. План постройки первой в Ухте электрической мельницы предполагал, что она будет давать тонну ржаной муки в час и 100-150 кг крупы, тем самым принося ощутимую прибыль уезду. Необходимость создания механической мастерской Моберг объяснял тем, что без нее «невозможно привести в порядок моторные лодки, пароходы и прочее. И от этого зависит разрешение вопросов по постройке лесопильного завода, мельницы». Сметы на создание лесопильного завода, столярной мастерской для сельхозинвентаря также подготовил Моберг. В ближайшие годы все планы инженера были реализованы – в Ухте впервые заработали предприятия местной промышленности, как и задумывалось руководством уезда.

Другим серьезным направлением в деятельности Эдуарда Моберга в 1924-1925 гг. стали проекты строительства каналов с целью организации водного сообщения в уезде, которое имело важное значение ввиду отсутствия нормальной дорожной сети. В июне 1925 г. состоялось торжественное открытие канала Елмонен, соединившего Среднее и Верхнее Куйтто, строительство которого осуществлял Эдуард Моберг. Он же контролировал техническое состояние водного транспорта, осуществлял осмотр и готовил сметы на ремонт парового катера и моторной лодки. Также Эдуард Маркомович являлся автором проекта постройки двух мостов в Рятюля (район Ухты) по шведской технологии с установкой пружин между балками.

03

На открытии Ухтинской ГЭС (в центре — Э. Моберг). 7 июня 1927 г.

В конце сентября 1925 г. Моберг был направлен дорожным отделом Центрального управления коммунального хозяйства (ЦУКХ) АКССР для изучения возможности постройки канала между системой озер Куйтто и р. Кепайоки через р. Пожа. Представленный проект предполагал сооружение канала длиной 4 км с устройством 3 шлюзов. Моберг посчитал, что это будет южный водный путь длиной 214 км, который соединит Вокнаволок, Ювалакшу, Ухту, Луусалми, Юшкозеро и Панозеро. Предполагалось перемещение грузов из Кеми в Панозеро гужем, а оттуда водным путем до Ухты. Стоимость проекта оказалась слишком внушительной – 92700 руб., а выводы Моберга о его рентабельности посчитали в Петрозаводске завышенными. Кроме того, отмечалось, что в виду строительства тракта Кемь-Ухта значение водного пути уменьшится. В итоге дорожный отдел ЦУКХа не изъявил желания реализовать в полном объеме проект Моберга, хотя некоторые его предложения были признаны заслуживающими внимания.

Эдуарду Мобергу как единственному инженеру уезда с высшим образованием поручали массу работ, даже тех, которые не были приоритетными для него в силу полученного образования и опыта работы в области электромеханических работ. На начальном этапе строительства здания Ухтинского уездного совета он активно в нем участвовал, в последующем передав основные полномочия технику Туомасу Валлеру. Не все объекты удавались Мобергу. Например, его чертеж такой несложной постройки, как коровник для Ухтинской школы крестьянской молодежи, не был утвержден в Петрозаводске из-за серьезных недочетов. В итоге чертеж пришлось переделывать Туомасу Валлеру.

Хотя геологоразведка явно не входила в обязанности инженера, в октябре 1925 г. Эдуард Моберг был командирован в Регозеро для проведения изысканий полезных минералов на горе Хаукка. Его отчет содержал сведения о наличии здесь медной руды и слюды, а также вполне оптимистичные планы разработки залежей графита. Впрочем, образцы, отправленные в Горный институт, показали их низкое качество. Планам добычи полезных ископаемых в промышленных масштабах не суждено было сбыться.

В конце 1925 г. Эдуард Моберг принял решение вернуться в Петрозаводск. 15 декабря он написал заявление с просьбой выплатить ему единовременное пособие в размере ежемесячного оклада и другие положенные выплаты по причине перевода в распоряжение Совнархоза. Интересно, что он просит выдать сумму авансом «за неимением средств на переезд». Данный факт, конечно, удивителен ввиду солидной заработной платы инженера. Эдуард Моберг отправился в столицу АКССР с хорошими рекомендациями от уездных властей. Как отмечалось в выданной справке, за время работы в Ухте инженер осуществил «постройку Иолмокского канала, составил пятилетний план электрификации Ухтинского уезда и смету на таковую, руководя одновременно практическими работами. Все возложенные на него работы инженер Моберг выполнял с энергией и вполне добросовестно».

О деятельности Эдуарда Маркомовича в последующие месяцы пребывания в Петрозаводске известно немного. Так, из документов стало известно, что в феврале он был отправлен в Петроград в качестве инженера-электрика Центрального совета народного хозяйства АКССР для переговоров по вопросам строительства Паданской ГЭС. В апреле 1926 г. Эдуарда Моберга вновь командировали в Ухту. Его возвращение объяснялось необходимостью возведения первой ГЭС в уезде, поскольку здесь остро ощущалась нехватка мощности существующей небольшой электростанции. Дальнейшее развитие уездных предприятий напрямую зависело от решения проблемы снабжения их электроэнергией.

Прибыв в Ухту, Эдуард Моберг обращается в уездный исполком с просьбой решить ряд проблем, возникших по приезду: обеспечение жильем (этот пункт стоял первым), оплата дорожных расходов, четкое определение круга обязанностей, назначение помощников и переводчика для перевода документов на русский язык. В этом же письме он обозначил планы начального этапа строительства ГЭС.

Приказом от 7 мая 1926 г. общий отдел уездного исполкома распределил обязанности между строительным техником Туомасом Валлером и инженером Эдуардом Мобергом. Последнему поручалось строительство новой ГЭС, обеспечение деятельности имеющейся электростанции, чертеж новой больницы и наблюдение за строительством, металлическая мастерская, кузница, контроль за ремонтом корабля и двигателя, а также все иные работы в «электрической и механической областях».

Самая главная задача, поставленная перед инженером - строительство ГЭС, была успешна решена в течение года. В июне 1927 г. состоялось торжественное открытие Ухтинской гидроэлектростанции. История строительства первой сельской ГЭС на севере Карелии заслуживает отдельного рассказа. Построенная под непосредственным руководством инженера Моберга, станция позволила на тот момент решить многие экономические проблемы уезда.

Выполнив поставленную задачу, Эдуард Моберг сразу отправляется обратно в Петрозаводск, чтобы заняться вопросами энергетики в других районах республики.

Сохранившиеся архивные документы дают ответ на вопрос, чем именно занимался Эдуард Моберг в Карелии. Однако с их помощью оказалось непросто оценить его личностные качества, узнать факты биографии, не связанные с трудовой деятельностью. Сухие строчки протоколов, смет и отчетов неохотно приоткрывают завесу тайны его жизни. Что нам удалось узнать о Моберге кроме того, что он являлся неплохим инженером? На момент приезда в Советский Союз Моберг был женат, имел троих детей. Имя жены в документах не указывается, известно только, что она была примерно на 15 лет младше своего мужа. Двое старших детей от 1-го брака остались в Финляндии, а младший сын от 2-й супруги родился примерно в 1924 г. Однако семья проживала с Эдуардом Мобергом в Карелии далеко не все время. По крайней мере в Ухте он не был обременен семейными заботами. Более того, документы поведали нам о незадачливой попытке сватовства Моберга к местной девушке. Вероятно, история так и осталась бы предана забвению, если бы не одно обстоятельство: Туомас Валлер, который оказался замешан в этом, был членом компартии, и за участие в «сватовстве» его серьезно наказали по партийной линии. Материалы дела Валлера проливают свет на историю, случившуюся в 1927 г. в Вокнаволоке. В конце марта Валлер и Моберг поехали в это село по вопросам строительства новых зданий и электростанции. Завершив все дела, в последний день командировки они отправились в гости к местному крестьянину Миттоеву, чтобы «отметить» окончание работы. В доме Миттоева они познакомились с Татьяной Пекшуевой, 25-летней молодой вдовой, которая помогала здесь по хозяйству. В разговоре с Валлером девушка поведала о своей вдовьей доле, и тот предложил ей найти нового супруга, на роль которого, по его мнению, вполне мог бы подойти 46-летний инженер Моберг. Надо сказать, что присутствующий при беседе «жених» вообще не понимал, о чем идет речь – он не знал языка, на котором общались Валлер с Татьяной. Услышав свою фамилию, он попросил друга объяснить суть разговора. Моберг обрадовался, узнав, что ему предлагают невесту, и попросил Валлера продолжать «сватовство». Сначала Татьяна воспринимала все как шутку, однако мужчины заверили ее, что инженер фактически холост – его супруга из Финляндии уехала в Швецию и не планирует жить с мужем. При этом Моберг является очень «перспективным женихом» – по вызову правительства скоро уедет на работу в столицу. Когда инженер снял с руки свое золотое кольцо, и его надели на палец Татьяне, девушка окончательно поверила в серьезность намерений гостей. Моберг через переводчика – Валлера заверил ее, что завтра они вместе поедут в Ухту, где официально зарегистрируют брак. Утром, собираясь в дорогу, Валлер решил уточнить у своего приятеля, остаются ли его намерения в силе, и тот ответил утвердительно. Татьяну взяли с собой. Прошло еще два дня, однако инженер так и не повел избранницу в ЗАГС. В итоге вручил ей 25 рублей и велел возвращаться обратно домой в Вокнаволок, объяснив, что у него и в планах не было жениться на ней. Но девушка, посчитавшая себя опозоренной, обратилась в соответствующие органы. Туомаса Валлера тут же привлекли к ответственности по партийной линии за распитие спиртных напитков во время командировки и посредничество в «брачном деле». А вот для главного «героя» этого сватовства, инженера Моберга, никаких особых последствий история не имела. То, что он был ценным иностранным специалистом и не состоял в рядах ВКП(б), не раз спасало его от ответственности за небольшие «приключения» в Ухте. Из 4-х взысканий, наложенных по партийной линии на Валлера, три были связаны с распитием им спиртного со своим коллегой Эдуардом Мобергом. Однако последний всегда избегал каких-либо наказаний.

Моберг владел несколькими языками (шведским, немецким, норвежским, датским), однако финского и русского языков практически не знал. Если за годы проживания в Карелии он и выучил местные языки, то в небольшом объеме. Эдуард Маркомович ставил свою подпись под документами по-русски, однако все письма и прочие бумаги писал на шведском языке, который являлся для него родным. Возможность разговаривать на одном языке способствовала тесному общению Моберга с Валлером, который не только был его ближайшим коллегой, но и часто выступал в роли переводчика. В Ухте в то время были и другие специалисты, говорящие на шведском языке, поэтому Моберг имел здесь определенный круг общения. Подготовленные инженером документы переводились на финский язык (часто в роли переводчика выступал Ээро Хаапалайнен). При необходимости пересылки документов в Петрозаводск они переводились еще и на русский. Возможно, языковыми проблемами отчасти можно объяснить «скромность» Моберга – в документах не удалось найти упоминания о том, чтобы инженер выступал с какими-то публичными речами даже на открытии своих «великих строек», таких, как Ухтинская ГЭС.

Изучив документы, связанные с деятельностью Эдуарда Моберга в Карелии, у автора статьи сложилось впечатление о нем как о человеке, приехавшем в чужую для него страну для реализации своих профессиональных навыков в ожидании достойного вознаграждения за свою работу. Именно этим он занимался все годы пребывания в Карелии: четко выполнял поручения руководства, при этом не забывая о решении своих материальных вопросов, избегал участия в общественной деятельности и прочих мероприятиях, не связанных с исполнением трудовых обязанностей. Идеалистом, приехавшим строить социализм, он никогда не был.

Уехав из Ухты в 1927 г., Моберг работает на нескольких карельских предприятиях, в том числе, консультантом по кондопожскому строительству и главным инженером треста «Карелэлектро». Последнее на сегодняшний день известное место пребывания Моберга – Олонец, где он работал инженером по электрификации по крайней мере до сентября 1932 г. Сюда он приехал с семьей - с сыном и супругой. Условия проживания вряд ли устраивали инженера. В анкете иностранного специалиста, составленной в Олонце в январе 1932 г., отмечались «скверные» жилищные условия Моберга, нерегулярная выплата зарплаты и снабжение продуктами с большими перебоями.

Имеются документальные свидетельства того, что на 10 июня 1933 г. Эдуард Моберг еще находился в Карелии. Спустя некоторое время он уезжает обратно в Швецию (вероятнее всего, это случилось во 2-й половине 1933 г. или в 1934 г.). Начиная с 1929 г. инженер неоднократно высказывал желание вернуться на родину. Первым поводом стали критические высказывания о результатах его деятельности на Кондопожском ЦБК. Как писал в 1930 г. Эдвард Гюллинг, инженер «тогда рассердился, продал все свое имущество и угрожал выехать из Карелии». Главе карельского правительства удалось уговорить Моберга остаться. Однако в 1930 г. возникает проблема с обменом его сбережений на валюту (инженер просил обменять 3 тыс. руб. для поездки в Швецию на пару месяцев). Опасаясь дипломатического скандала, Гюллинг вновь вмешался в конфликт. Он ходатайствовал перед Москвой об урегулировании вопроса, хотя признавал, что Моберг, уехав в Швецию, несмотря на все его заверения, может не вернуться обратно. В следующем году Москва запретила перевод валютной части зарплаты инженера в Швецию, что подразумевалось договором, и это снова вызвало у него раздражение и желание уехать на родину. Гюллингу на какое-то время удалось решить вопрос путем увеличения Мобергу оклада в 1,5 раза. Очевидно, что недовольство Эдуарда Маркомовича жизнью в Карелии нарастало и, в конце концов, он вернулся на родину в поисках лучшей доли.

О последующих годах жизни Эдуарда Моберга известно из статьи шведской исследовательницы Каа Энеберг, опубликованной в газете «Ома муа» в 2016 г. Ссылаясь на архивные документы, она утверждает, что бывший строитель «Дома Моберга» и Ухтинской ГЭС сотрудничал с финскими и шведскими органами государственной безопасности, предоставляя информацию о советской Карелии и своих бывших коллегах. За свои «показания» он получал приличные суммы. В 1941 г., перед началом Великой Отечественной войны Моберг отправился в Германию на работу в компанию «Сименс». Однако там ему объяснили, что как инженер он не представляет для них интереса, но может быть полезен в качестве поставщика агентурных данных. Ему предложили работу по сбору и передаче сведений о Советском Союзе, в том числе о передвижении советских войск на приграничных территориях (Каа Энеберг пишет, что ей неизвестно, в каком объеме он передавал эти сведения). Конечно, эта страница биографии Эдуарда Моберга на сегодняшний день остается недостаточно проясненной и требует дальнейшего изучения. Сотрудничал ли он с германской разведкой, подтвердить или опровергнуть по документам Национального архива Республики Карелия не представляется возможным.

Вершина карьеры инженера Моберга осталась в прошлом. В последние годы он вел не слишком трезвый образ жизни и умер в Швеции в середине 1940-х гг., пребывая в затруднительном материальном положении.
 Конечно, факт сотрудничества Эдуарда Моберга со спецслужбами не добавляет ему авторитета в наших глазах. Интересно, что такой поворот событий глава карельского правительства Эдвард Гюллинг предполагал еще в 1930 г., когда ходатайствовал перед Москвой о решении финансовых проблем Моберга. В переписке он высказывал опасения, что если вопрос перевода части заработанных Мобергом средств в валюту в Москве не смогут решить, то он может уехать «и рассказать за границей разную чепуху». При этом Гюллинг довольно высоко оценивал вклад шведского инженера в развитие экономики нашего края. А достижения «ухтинского» периода Моберга оставили о нем добрую память как о строителе первых электростанций уезда и главном историческом здании поселка, которому позднее даже присвоили его имя – «Дом Моберга».

Елена Усачёва
начальник отдела использования и публикации документов
Национального архива Республики Карелия

Статья опубликована в газете «Новости Калевалы» 11 мая 2017 г. №18