Диденко Владимир Петрович, кратко о себе

Я родился 18 февраля 1929г. в поселке Кача (сейчас пригород Севастополя). Тогда село называлось Александро-Михайловское — в честь князя Александра Михайловича, брата царя Николая 2. Князь купил эти земли на р. Кача и в 1910г. основал здесь училище военных летчиков, именованное «Качинское первое высшее училище летчиков им. Мясникова».

В 1927г. в этом училище служил мой отец, капитан Диденко Петр Васильевич, уроженец села Иваница, Прилуцкого района, Полтавской губернии.
В 1933г. по доносу «доброжелателя» отца лишили воинского звания и уволили из рядов РККА (Рабоче-крестьянской Красной Армии). В этом же году наша семья переехала на постоянное место проживания в с. Иваница.

В 1937 г. я пошел в первый класс начальной школы (Климовская школа). Тогда в школе было три классных комнаты, и работала школа в две смены (третий класс был во вторую смену). В этом же году моя сестра Диденко Екатерина Петровна окончила десятый класс Иваницкой средней школы, а отец работал в этой же школе учителем по военной и физической подготовке.

В 1941г. моя мечта сбылась: я окончил четыре класса, и отец направил мои документы в Иваницкую среднюю школу. Называлась она тогда «Центральная», ее директором был Божко. Теперь я успевал бегать домой даже во время коротких перемен.

Но «не долго музыка играла!». 1 сентября (понедельник — день тяжелый) 1941 г. прошел в организационных хлопотах. Всю следующую неделю мы проучились. Мне запомнилась фраза: «Maus, maus kom her aus» с урока немецкого, который вела у нас Зинаида Юрьевна Романовская (прозванная старшеклассниками «Зингуляр»). На следующей неделе (понедельник, 8 сентября) уроков уже не было. Всех учеников собрали в самой большой классной комнате и объявили, что в ближайшее время в здании школы будет располагаться госпиталь, а если учебу решат продолжить, то сообщат дополнительно. Госпиталь организовать не удалось. Уже 14 сентября село подверглось бомбардировке, а 16 сентября, после короткого боя и артиллерийского обстрела, в село вступили немецкие войска. Пришло время немецкой оккупации, которая продлилась до середины сентября 1943г. В 1941-1942гг. школа не работала. В 1943г. попытались организовать начальную школу (четыре класса), но набрать учеников не удалось. И школа работала «через пень-колоду». Поэтому «объявление» о начале учебы прозвучало только через 2 года — 1 ноября 1943г. Да и занимались мы не в помещении «Центральной» школы, а в помещении школы «на выгоне» («Центральную» школу при отступлении сожгли немцы). И набралось нас — два пятых класса и по одному 6, 7, 8, 9 и 10 классу. Через некоторое время молодых ребят с 9 и 10 классов забрали на фронт, там они практически все и погибли. Правда, через год с фронта вернулся без ноги Слёзка Владимир, который, хромая на протезах из одного конца села в другое, сумел окончить 10-ый класс. А в последствии и лесотехнический институт в Киеве.

Запомнились условия, в которых мы учились. В классных комнатах было холодно. Чернила в чернильницах замерзали. Сидели на уроках в верхней одежде. Девочкам позволялось сидеть на уроках в платках. Кстати, мальчикам также можно было сидеть в ... платках, только не в шапках. До сих пор, не могу найти этому объяснения. Школе выделили дрова, но их не на чем было привезти. Директор распорядился: всем ученикам прийти в школу с санками. В назначенный день вся школа отправилась в лес. Каждый класс вез дрова для себя. Тетрадей не было. Писали между строк в книгах и газетах. Наглядных примеров не было: на уроке химии были только вода, мел и соль. На войсковой подготовке дали задание каждому ученику — подготовить в домашних условиях макет ружья (для упражнений с ружьями).

В школе перед отходом немцев находился их госпиталь. Перед школой три десятка березовых крестов - могилы немецких солдат. Под окном класса яма от старого погреба. В яме - ампутированные людские конечности.

Учителям с нами были тяжело. Все мы переростки (я закончил школу, когда мне уже шел 21-ый год). Годы оккупации прошли в тяжком труде, в так называемом «обществе» огрубели детские души, что порой приводило к неадекватному поведению детей.

На переменах из узких щелей дощатого туалета валил дым. Отдельные «герои» курили в классе, открыв дверцу печи. Ученики не гнушались и грубых ругательств. Мой одноклассник с Ковтуновки, был отчислен из школы за оскорбления директора.

И как луч ясного солнышка из-за туч — воспоминание об учительнице русского языка и литературы Любе Ивановне Пинчук. Это была учительница от Бога!

Сохранились в памяти и имена других наших учителей — это учитель физики Романенко Алексей Михайлович, учительница химии Пичкуренко Анастасия Михайловна, учительница украинского языка Нина Андреевна, военрук Мотуренко Михаил Яковлевич. В последствии ушел на фронт, где и погиб. Его заменил Мищенко Иван Иванович. Историю преподавала моя сестра Диденко Екатерина Петровна, географию Панас Григорьевич Темносагатий, который к тому времени был демобилизован из армии.

Мы, ученики, которые проживали в центре села (так называемые «центровские») постоянно «слонялись» под стенами Районного дома культуры. Художественным руководителем в то время был Олефиренко Александр Иванович. Он нас пригласил к участию в группе струнных музыкальных инструментов. Ученики в группе были разного возраста, в том числе и мы, школьники: Хоменко Павел Семенович, его сестра Мария Семеновна, Горбань Михаил Васильевич, Олексеенко Иван Прохорович, Слёзка Михаил Осипович, Проценко Александра Михайловна и я, Диденко Владимир Петрович.

Тогда же Панас Григорьевич организовал школьный хор. И когда встал вопрос о том, кто поедет на Областную Олимпиаду, то было принято решение объединить нашу группу и хор в единый коллектив и отправить его на Олимпиаду. Руководителем назначили Панаса Григорьевича Темносагатого.

И вот настал день отъезда. В кузове грузовой машины нас привезли в Прилуки. Вечером мы сели в грузовые вагоны и отправились поездом в Чернигов. В районе Нежина в вагон вошли контролеры, и между ними и старшим группы Панасом Григорьевичем начался спор. Панасу Григорьевичу предложили пройти в помещение вокзала, а в это время поезд тронулся, и так мы поехали без старшего группы в Чернигов. В Чернигове нас встретили, спросили, кто у нас руководитель. Мы сказали: Темносагатий Панас Григорьевич. Ответили: «Готовьтесь, через полчаса ваш выход». Я взял на себя обязанности дирижера. Выступление удалось. После него ко мне подошел какой-то человек (позже мы поняли, что это был корреспондент областной газеты), и спросил у меня в каком я учусь классе. Я ответил, что учусь в 8 классе.

Дальше нам сказали, что мы свободны и можем отправляться обратно домой. Замученные ночной поездкой, переживаниями перед выступлениями, голодные, без копейки в карманах, без нашего руководителя мы поплелись на вокзал. И, о радость! Нам навстречу бежал Панас Григорьевич.

В Прилуки приехали поздно вечером. Нужно было ждать до утра грузовик. Разместились в привокзальном скверике. Уснули, словно косари после тяжелых работ. А утром обнаружили, что у Коли Слёзки украли домру. А у Нади Юхно (в замужестве Горбань Надежда Ивановна) украли юбку, которую ей одолжила для выступления старшая сестра.
А что же не понравилось железнодорожным контролерам? Как позже рассказал сам Парнас Григорьевич, он решил сэкономить и купил всем нам детские билеты. Как закончился его спор с контролерами и какими поездами он потом добирался до Чернигова я не знаю.

А завершилась вся эта история статьею в «Черниговской правде» приблизительно такого содержания: «Особо приятное впечатление осталось от выступления художественного коллектива Иваницкой средней школы. На сцене оркестр народных инструментов. Перед музыкантами аккуратно разложены ноты, за оркестром расположился хор. Дирижер подает знак, и начинается песня о руководителе Черниговского подполья М.М. Попудренка. Оркестр и хор звучат слажено. Управляет коллективом УЧЕНИК 8 КЛАССА ПАНАС ТЕМНОСОГАТИЙ». За этот успех Иваницкой средней школе вручили Диплом. Спустя 15 лет я побывал в Иванице, повстречался там с Парнасом Григорьевичем, который был уже директором школы. Мы с юмором вспомнили этот случай.

Летом 1944 г. моя сестра Диденко Екатерина Петровна была направлена учителем истории в общеобразовательную школу в Западную Украину, которая уже освобождалась от немецкой оккупации. Направили ее в д. Калуш Станиславской области. В тяжелый 1947 послевоенный год туда перебралась вся наша семья.

Работу приходилось мне менять часто — были и падения (работал на шахте) и взлеты (инструктор райкома КПУ). В промежутках работал учителем (средняя школа №1 в д. Калуши, преподавал историю, конституцию и географию).

Закончил трудовую деятельность в 55 лет. Большого состояния не нажил. Имею 3-комнатную квартиру и пенсию в 1333 гривны. Зато у меня есть сын и дочь, три внука и три внучки, три правнука и две правнучки.
Сейчас я так и живу в д.Калуши Ивано-Франковской области.
Всем коллегам - преподавателям — здоровья и успехов.
Искренне ваш В.П.Диденко.