ПРЕЗЕНТАЦИЯ
Лимонова Юлия Владимировна,
архивист Научного архива Российской
академии художеств (г. Санкт-Петербург)
Архитектор, этнограф Руфин Михайлович Габе (1875-1939)
и его материалы по изучению деревянного зодчества Карелии
в фондах Научного архива Российской академии художеств
Руфин Михайлович Габе родился 3 ноября 1875 года в Санкт-Петербурге в семье Михеля Янкелевича Габе (1842-1908) – мастера медальерного отделения Санкт-Петербургского монетного двора.
Среднее образование Руфин Михайлович получил в Санкт-Петербургской классической Введенской гимназии (окончил в 1894 г.) и Нормальной рисовальной школе при Академии художеств (1887-1891 гг.). Затем учился в Петербургском университете на физико-математическом факультете (1895-1896 гг.), далее получил квалификацию гражданского инженера в Институте гражданских инженеров (1896-1902 гг.), также прослушал курс Археологического института (1908-1909 гг.).
С 1902 по 1916 гг. Р.М. Габе занимался архитектурно-строительной практикой, брал премии за проекты на архитектурных конкурсах, в частности, получил первую премию за проект здания музея 300-летия дома Романовых в Петрозаводске. По его проектам было построено до 10 жилых многоэтажных домов в Петербурге, проведена капитальная перестройка
Военно-топографического училища, построены в 1916 г. здания вокзалов в Карелии: в Медвежьегорске и на станции Сорока (ныне г. Беломорск), и прочее1.
Архитектурную деятельность Руфин Михайлович совмещал с преподавательской.
В 1905 г. он стал преподавателем архитектурного черчения Высших Женских Политехнических курсов, преобразовавшихся в 1915 г. в Женский (а затем Второй) Политехнический институт. С 1918 по 1924 гг. Р.М. Габе был в этом институте профессором кафедры графического изучения архитектурных памятников.
До 1936 г. продолжал преподавательскую работу в различных ВТУЗах и техникумах.
Начав ездить с 1908 года в Олонецкую губернию по личной инициативе, а после революции в командировки и экспедиции по заданиям учреждений, Р.М. Габе увлёкся изучением деревянного зодчества, быта и культуры Русского Севера и Карелии. Это изучение стало делом жизни учёного.
В экспедициях был собран громадный фактический материал. Зарисовки с натуры, обмеры и планы крестьянских дворов, их фотографии стали основой научных работ Р.М. Габе.
О своих работах по исследованию крестьянской архитектуры и народного зодчества Руфин Михайлович делал доклады в общественных и научных учреждениях Ленинграда и Москвы (в Обществе Архитекторов, в Обществе Архитекторов-художников. В Обществе художников им. Куинджи, в Ленинградском отделе Союза Советских Архитекторов, в Комиссии по изучению племенного состава (КИПС”е) СССР Академии наук и других).
В 1920-е гг. его художественно-графические работы экспонировались на многих выставках (в Академии художеств, в Обществе поощрения художеств, в Обществе акварелистов, в Обществе художников им. Куинджи, в Географическом Обществе, в Академии наук и других).
Профессор Р.М. Габе состоял членом Дома Учёных и Секции научных работников, членом Общества Архитекторов, а затем Ленинградского отдела Союза Советских Архитекторов, где активно работал в секции народного творчества и в течение трёх лет был руководителем группы Севера. За этот период Руфин Михайлович организовал актив группы по систематическому обследованию Севера РСФСР и в поездках руководил работой этой группы.
С 1929 года – член Всесоюзного Географического Общества при Академии наук.
Материалы, составляющие художественное и научное наследие Р.М. Габе, хранятся в нескольких учреждениях: в отделе архитектурной графики Государственного исторического музея (г. Москва), в Российском этнографическом музее (г. Санкт-Петербург), в ЦГАЛИ и НА РАХ (г. Санкт-Петербург), в Национальном музее и Национальном архиве республики Карелия (г. Петрозаводск)2.
Умер Руфин Михайлович 24 февраля 1939 года.
Его книга «Карельское деревянное зодчество» издана Государственным архитектурным издательством Академии архитектуры СССР посмертно – в 1941 году.
Материалы Р.М. Габе были приняты в Научно-библиографический архив АХ СССР в 1950-х гг.
Как отметила в справке 1986 года заведующая архивом Марина Викторовна Иогансен, «Точной даты поступления документов нет. Неизвестно и от кого поступил фонд. Документы находились в состоянии россыпи»3.
Научно-техническая обработка велась в 1974-1975 гг. и была завершена в 1986 году. В результате был сформирован личный фонд 18, состоящий из 49 единиц хранения.
Можем предположить, что фонд был передан родственниками Руфина Михайловича.
У Р.М. Габе было четверо детей, двое из которых закончили Академию художеств. Михаил Руфинович (1917-1984) стал скульптором, Мира Руфиновна (1914-1984) – художником-графиком. Их студенческие личные дела также хранятся в НА РАХ.
Опись фонда № 18 состоит из пяти разделов.
Первый раздел «Рукописи» (самый обширный - 27 единиц хранения) включает рукописи и машинописи научных работ Р.М. Габе – статей, очерков, тезисов докладов, отзывы о научных работах и др.
Второй раздел – «Изобразительные материалы» состоит из 4 единиц хранения, 2 из которых содержат наброски и акварели, исполненные Р.М. Габе во время командировок и экспедиций.
Третий раздел «Переписка» содержит письмо Р.М. Габе жене Лии Иосифовне из командировки в Карельской АССР в 1924 году, письма в различные организации и др.
В четвертом разделе «Документы к биографии» представлены документы об образовании и документы служебной и научной деятельности профессора Габе, пятый – «Документы родственников» содержит переписку Лии Иосифовны об издании научных и графических работ мужа и свидетельство на право проживания в Петербурге, выданное отцу Руфина Михайловича – Михелю Янкелевичу Габе.
Кроме того, научные работы Г.М. Габе хранятся в коллекции научных работ НА РАХ, Ф. 11.Оп. 1.Ед. хр. 109, 200-204.
Из них исследованиям в Карелии посвящены работы:
Ф. 11. Оп. 1. Ед. хр. 200. Габе Р.М. «Особенности архитектурных форм в крестьянском зодчестве Карелии». Статья. 1934 г., 30 л.
Ф. 11. Оп. 1. Ед. хр. 201 и 202. Габе Р.М. «Архитектурные формы крестьянского зодчества Карельской АССР». Монография с отзывами на неё. 1934-1937 гг., 246 л., и альбом фотоиллюстраций, 68 фотографий.
Как уже упоминалось, поездки в Карелию Руфин Михайлович предпринимал с 1908 года по личной инициативе. Затем ездил в командировки от учреждений.
В 1924 году – по распоряжению Главпрофобра командирован в Карелию Вторым Политехническим Институтом.
В 1928-1930 гг. – в качестве сотрудника Этнологических Экспедиций КИПС’’а исследовал крестьянскую архитектуру в районах Карелии (1928 г. – Сямозерский район, 1929 г.– Олонецкий, Святозерский и Видлицкий районы, 1930 г. – Медвежьегорский и Петровский районы).
Работа «Крестьянское зодчество Карельской АССР и основные черты в его творчестве» написана по поручению Комиссии Экспедиционных исследований Академии Наук в 1930-1931 гг., а в 1933-1934 гг. переработана по поручению кабинета Истории Архитектуры Всероссийской Академии Художеств.
Работа «Особенности архитектурных форм в крестьянском зодчестве Карелии» написана по поручению ВАХ в 1934 году.
Работа «Строительная техника и конструкции в крестьянском зодчестве Великороссии и Карелии». 1 часть выполнена в 1937 году по поручению кабинета Техники и Технологии НИИ ВАХ.
В фонде Р.М. Габе хранится рукопись предисловия к книге Р.М. Габе «Карельское деревянное зодчество» художника-архитектора Якова Осиповича Свирского – более полный текст, чем тот, что вошёл в книгу.
Процитируем из рукописи: «Работы Р.М. [Габе] по архитектуре Севера представляют особо интересный и ценный раздел его творческой деятельности. <…> Мне кажется, что сначала у Р.М. не было определённой целеустремлённости в отношении крестьянской архитектуры. Его, столичного жителя, поразила и внушила глубокую любовь сама русская северная природа. И первые его работы – это рисунки и акварели северных водопадов – Кивача, Гирваса, Пар-порога, северный пейзаж, затем архитектурный пейзаж и затем архитектура, как таковая и её детали»4.
«Оставленный Р.М. графический материал – десятки и сотни рисунков, акварелей, набросков представляют исключительную ценность. <…> В них он не изменяет своим основным правилам: «Рисунки следует делать законченными, вполне ясными, точными, не оставляя ни одну деталь не выясненной… В своих зарисовках с натуры – прежде всего следует быть правдивым, искренним, как правдиво, искренне само народное творчество. Необходимо показывать народную архитектуру со всеми её ценными сторонами, а не демонстрировать самих себя, бравируя той или иной манерой изображения и тем самым заслоняя самое главное в народном творчестве, полном величественной простоты и ясности»5.
«…Глубокая документальность и простота характерны для графических работ Р.М. Габе. Он не бравирует манерой изображения, но при этом нельзя сказать, что у него нет никакой манеры. Наоборот в его работах, особенно карандашом или блёклой тушью проявилась особенная, своеобразная и, надо сказать, виртуозная техника. Манера рисунка, свойственная Р.М. с исключительной мягкостью передаёт дерево, его фактуру, нюансы северного освещения на нём: эта манера потому и не заметна, что она исключительно слитна с содержанием. <…> Внимательный взгляд художника находит подлинное искусство в таких уголках, в таких деталях, мимо которых многие из нас прошли бы ничего не заметив»6.
Как уже говорилось ранее, графические работы Р.М. Габе, переданы, в основном, в различные российские музеи.
В НА РАХ сохранилось 2 единицы хранения7, содержащие более трёхсот зарисовок и рисунков Р.М. Габе, сделанных в командировках и экспедициях, в небольших альбомах и на отдельных листах. Это карандашные наброски архитектурных деталей, зарисовки церквей и изб карандашом, тушью или акварелью, карандашные и акварельные портреты и пейзажи, и другое. К сожалению, подписи альбомов и рисунков редки, что затрудняет работу исследователей.
Для общего представления о творчестве Р.М. Габе ознакомимся с некоторыми работами.
Я.О. Свирский характеризует Р.М. Габе и как учёного:
«Глубокий и культурный исследователь Р.М. знал все работы по данному предмету как художественные, так и этнографические. В его трудах мы находим ссылки на «писцовые книги», мы встречаем в виде литературных иллюстраций отрывки из народного эпоса, из «Калевалы», из былин»8.
«Глубокое изучение народного творчества позволило Р.М. со всей резкостью заявить, что «не резные петухи и прорезные кони, как это вошло в моду во второй половине прошлого столетия с лёгкой руки вредителей русского искусства – Ропета, Гартмана и их последователей – определяют русский стиль в архитектуре…»
Надо сказать, что Р.М. был всегда непримирим, а иногда и чрезвычайно резок, когда выступал против верхоглядов, против исказителей русского стиля и особенно против снисходительно-пренебрежительного к нему отношения»9.
В монографии 1934 года «Архитектурные формы крестьянского зодчества Карельской АССР» профессор Габе писал: «Изучение крестьянских построек Карелии имеет громадное значение и для истории народного зодчества, и для этнографии, и, наконец, как поучительный материал, который может быть использован отчасти при современном деревянном строительстве в деревнях и городах.
Трудность моей работы заключается в том, что мы ещё не располагаем исчерпывающим материалом по крестьянскому зодчеству этого края <…>, так как мы ещё так недавно оторвали взоры от церковной архитектуры, чтобы сосредоточить внимание на гражданских постройках деревни. <…> Я с особой охотой берусь за этот труд, так как уже более 20-ти лет занимаюсь изучением крестьянской архитектуры в Карельской АССР.<… > Мне хорошо знаком тот трепет душевный, который испытываешь, когда стоишь перед лицом северных построек, невольно заставляющих нас окунуться в глубины истории нашей страны»10.
В статье 1934 года «Особенности архитектурных форм в крестьянском зодчестве Карелии» Руфин Михайлович поясняет: «Крестьянская архитектура Карелии слагалась на протяжении нескольких столетий без какого-либо более или менее существенного внешнего давления, главным образом под воздействием климатических и социально-бытовых условий и приняла такие формы, которые для нас особенно ценны по своему высокому художественному качеству. Ценность этой архитектуры возрастает ещё благодаря тому, что здесь мы имеем художественные решения зданий довольно крупного масштаба, где под общей кровлей сосредоточены жилые и хозяйственные сооружения. Выраженные в больших спокойных массах, они привлекают наше внимание своим величавым видом и гармонирующими с ним архитектурными деталями. Неспроста наш север с его необыкновенной деревянной архитектурой назван художниками «Русским Римом»11.
В статье «Изучить деревянную архитектуру Севера» («Архитектурная газета», 8 августа 1936 г.) Р.М. Габе продолжает эту мысль: «Крестьянское деревянное зодчество, в особенности в северных районах, представляет собой высокоценное искусство: его необходимо так же изучать и осваивать, как и памятники Греции и Рима. Для создания нового облика советских сёл и деревень оно подскажет не менее живые мысли, чем памятники Греции и Рима для нового архитектурного образа общественных и жилых зданий советских городов. <…>
Необыкновенно сильное впечатление производят солидных размеров избы-дома в деревнях Карелии и Северной области. Горделиво стоящие вдоль улицы правильными рядами, прекрасные по своим силуэтам, они выделяются в то же время уравновешенностью, пропорцией всех своих частей и изяществом деталей. Не меньшее впечатление оставляют различно трактованные, стоящие группами или отдельно против изб, небольшие сооружения амбаров. <…> Что конкретно ценно и поучительно в бревенчатых избах и хозяйственных постройках Севера? Прежде всего нам нужно учиться на старых образцах ясности, искренности и правдивости конструктивных решений. В их конструкции всё имеет свой здравый смысл»12.
В заключение нашего доклада, важно отметить, что благодаря таким подвижникам Русского Севера, как Руфин Михайлович Габе, до нас дошёл ценнейший материал вековой давности по народному искусству. Изучение профессором Габе деревянного зодчества Карелии послужит будущим учёным и архитекторам.
Давайте посмотрим некоторые фотографии к работе Р.М. Габе «Архитектурные формы крестьянского зодчества Карельской АССР»13.
________________________________________________________________________________
1. Предисловие к Описи № 1 Фонда № 18, лл. 3-5; Дело фонда № 18, лл. 1-2; Ф. 18.Оп. 1.Ед.хр. 38, лл. 1-10.
2. Народная архитектура прибалтийско-финского населения Северо-Запада России в чертежах и рисунках: научное наследие Р. М. Габе / Авт.-сост. Н. И. Ивановская. — СПб. Издательство «Гйоль», 2019 — 176 с.: илл., л.4.
3. Дело фонда № 18 Р.М. Габе, л. 3.
4. Ф. 18. Оп. 1. Ед. хр. 27. Л. 7об.
5. Ф. 18. Оп. 1. Ед. хр. 27. Л.10, 10об.
6. Ф. 18. Оп. 1. Ед. хр. 27. Л.10об.
7. Ф. 18. Оп. 1. Ед. хр. 30 и Ф. 18. Оп. 1. Ед. хр. 31
8. Ф. 18. Оп. 1. Ед. хр. 27. Л. 6об.
9. Ф. 18. Оп. 1. Ед. хр. 27. Л. 9.
10. Ф. 11. Оп. 1. Ед. хр. 201. Л. 1, 2
11. Ф. 11. Оп. 1. Ед. хр. 200. Л. 1, 2
12. Ф. 18. Оп. 1. Ед. хр. 24. Л. 8
13. Ф. 11. Оп. 1. Ед. хр. 202. Л. 1, 2, 9, 22, 23, 24, 28, 40, 44, 48, 51
